Жар небес - Страница 31


К оглавлению

31

Телефонный звонок преодолел Атлантику и раздался в лондонской квартире, где она жила с Марком Хоктоном.

— Шейла? Господи, сколько времени?

— Там или здесь? — Она рассмеялась, вообразив его всклокоченные белокурые волосы и неверные полусонные движения руки в поисках часов.

— Подожди секундочку. Я только зажгу сигарету.

— Ты обещал бросить курить, пока меня нет.

— Значит, наврал.

Через минуту вновь послышался его голос:

— Надеюсь, ничего страшного не произошло?

— С папой нет. Все по-прежнему.

— Прекрасно.

— Но я не смогу быстро вернуться домой.

— Это уже хуже.

— Ему будут делать операцию. — Она описала какую. — Я не смогу уехать, пока он не будет вне опасности.

— Понимаю. Но я очень скучаю — и дома, и в галерее. Некоторые из наших покупателей вообще ни с кем больше не желают иметь дела, кроме тебя. Если ты не появишься в ближайшее время, боюсь, они запрут меня в Тауэр.

Она познакомилась с Марком, когда он взял ее помощницей в свою антикварную галерею. Он стал не только ее работодателем, но и учителем. Она оказалась прилежной ученицей с прирожденным чутьем на произведения искусства и изящно развитым вкусом. Очень скоро она освоила все, что он знал сам об их предприятии. Поэтому его опасения, хотя и выраженные в форме комплимента, были вполне обоснованны.

— Однако я помню, что многие первоклассные покупатели хотели иметь дело совсем не со мной, — парировала она, стараясь собраться с мыслями и вертя пальцами телефонный провод. — Мне придется вести семейный бизнес, пока Коттон не поправится.

Эту фразу она подбросила ему, как крючок с наживкой при ловле рыбы. Он присвистнул:

— Вот так дела! А почему не Кен? Марк знал всю ее историю полностью.

— Сначала он возмутился, что я вмешиваюсь, и вообще возражал. Но я думаю, ему надо просто привыкнуть к этой мысли, и тогда все пойдет как надо.

— Что ж, ты вполне способна держать в руках предприятие и его самого в придачу.

— Разве?

— Ни минуты не сомневаюсь.

— Подожди, это еще не все. Приближается срок расчета по векселям, а касса пуста.

На том конце провода наступило молчание. И затем:

— Сколько тебе нужно?

— Да нет, я ничего не прошу.

— А я предлагаю.

— Нет, Марк, нет!

— Шейла, ты же знаешь, все, что у меня есть, — твое. Умерь свою гордость! Сколько нужно? Утром я все оформлю.

— Нет, Марк!

— Прошу тебя, позволь, я помогу.

— Нет, мне нужно сделать это самой. Это означало: я хочу заработать себе право жить в Бель-Тэр! Понимание пришло к ней только в последний момент.

Бель-Тэр достался ей совершенно случайно. Если бы на несколько часов раньше ее родился другой ребенок, отвечающий требованиям Мэйси и Коттона Крэндол, они взяли бы его. Когда Коттон умрет, она и Трисия унаследуют Бель-Тэр, и Трисия воспринимает это как должное. Но Шейла чувствует иначе. Ни одна капля родственной крови не связывает ее ни с землей, ни с домом. Она должна заслужить их, и это невозможно объяснить никому, даже самой себе. Это необходимость, которая не оставляет выбора, но требует безоговорочного подчинения.

— Можешь ты еще немножечко пожить один, Марк?

Он вздохнул, демонстрируя безграничное терпение:

— Разве у меня есть выбор?

— Боюсь, что нет.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Хочу, чтобы ты обнял меня, — сказала она тоном жалующегося ребенка. — Марк, я же ни черта не смыслю в управлении лесозаготовительной фирмой.

Он засмеялся.

— Ты смыслишь в этом примерно столько же, сколько в античности в то время, когда впервые пришла ко мне. Ты быстро все схватываешь.

— По античности у меня был превосходный учитель.

Голосом, внезапно охрипшим при воспоминании о счастливых временах, проведенных вместе, он сказал:

— Я люблю тебя, малышка.

— Я тоже люблю тебя.

Повесив трубку, она пожалела, что не со всеми ее отношения так просты и ясны, как с Марком. Выключила лампу и легла, уставившись на непрерывно меняющиеся узоры лунного света и тени на потолке.

Первое, что предстоит утром, — дать объявление, что «Крэндол Логинг» возобновляет свою деятельность. Лесорубы, которые хотят вернуться на работу, будут немедленно восстановлены. Частников тоже надо пригласить и сказать, что их древесина будет полностью скупаться.

Затем она проанализирует рынки и заключит контракты. И даст объявления о продаже древесины.

Как же много всего! И так много того, о чем надо подумать… например, о том, что поцелуи Кена, несмотря на всю их страстность, почти не затронули ее… в то время как Кэш Будро…

Глава 17

— Это ты сделал?

— Что сделал? — внятно спросил Кэш, хотя остро отточенный ноготок соблазняюще скользил по его губам, мешая говорить.

Рода Гилберт улыбалась ему знакомой плотоядной улыбкой. Для полноты картины не хватало только клыков.

— Я спрашиваю — ты убил бультерьеров Джигера Флина?

— Да какие это бультерьеры! Помесь какая-то.

— Не заговаривай зубы. Отвечай — ты?

— Нет, не я.

Кэш отстранил ее и вошел наконец в комнату. Она буквально атаковала его на пороге черного входа своего дома, сгорая от нетерпения услышать ответ на животрепещущий вопрос. Даже поцеловала его всего один раз.

— Но все говорят, что это ты.

— Что ж поделать, если говорят? Собак я не убивал.

— А если я попрошу, чтобы ты дал честное слово?

— Джигер уже попросил.

В аккуратно подведенных глазах Роды отразилось удивление.

— Ты говорил об этом с Джигером?

— Не более чем час назад. Дай пива.

Достав из холодильника банку с пивом, Рода потащила Кэша в свою спальню. Усевшись на ее изящный диванчик, он водрузил ноги в башмаках на журнальный столик из матового стекла и стал потягивать холодное пиво. Рода села рядом. Жадное любопытство сочилось из ее глаз, как смола выступает из щелей в коре сосны.

31